РИЖСКИЙ МОДЕРН — АРХИТЕКТОР ЭЙЗЕНШТЕЙН: НАЧАЛО…

Вопрос, с чего начиналось столь поразительное явление, как Модерн, безусловно интересен. Рига предложила выявить самоощущение, самоосознание, те образные предпочтения, что дали Модерн, на богатейшей практике архитектора Эйзенштена. Я к нему неравнодушна по трем причинам. И-за его художественной стихийности. Мы учились с ним в одном институте (в разное, конечно, время). Он — отец Сергея Эйзеншт..

Первый дом Эйзенштейна - еще не Модерн. То - профессионально выполненное здание в стиле Эклектики, утверждающей себя во второй половине XIX века. Нового здесь нет. Старое в простоте себя являет. Похоже, место строительства и не требовало ничего другого.
Первый дом Эйзенштейна — еще не Модерн. То — профессионально выполненное здание в стиле Эклектики, утверждающей себя во второй половине XIX века. Нового здесь нет. Старое в простоте себя являет. Похоже, место строительства и не требовало ничего другого.

Нынешние исследователи Рижского модерна пишут: «Архитектура являлась частным хобби высокопоставленного чиновника». Недопустимое искажение неопровержимых фактов!

Михаил Осипович Эйзенштейн закончил Санкт-Петербургский Институт Гражданских Инженеров имп. Николая I (ИГИ) — тот самый институт, что в 1993 году стал СПбГАСУ — Санкт-Петербургским Государственным Архитектурно-Строительным Институтом. ИГИ выпускал архитекторов-инженеров, в отличие от Императорской Академии художеств, готовившей архитекторов-художников. В пору, когда вся строительная система требовала инженерной реорганизации, первое учебное заведение было новаторским, второе — традиционно-ограничивавшим специалистов рамками академизма.

Разделение давало себя знать на учебном уровне. Практическая деятельность показывала, что закончившие ИГИ становились архитекторами-художниками, выпускники Академии — новаторами-инженерами.

Во всяком случае, для Эйзенштейна занятие архитектурой не могло быть ни «частным хобби», ни «побочным бизнесом» — только профессиональной деятельностью, к которой он был весьма подготовлен, как свидетельствует о том диплом с отличием. Именно благодаря профессионализму, а никак иначе, его творения смогли стать и остаются «визитной карточкой Рижского модерна».

И это - еще не Модерн. То - профессионально выполненное здание в стиле Эклектики, утверждающей себя во второй половине XIX века. Похоже,  ни заказчик, ни место строительства и не ставили перед архитектором особых художественных задач.
И это — еще не Модерн. То — профессионально выполненное здание в стиле Эклектики, утверждающей себя во второй половине XIX века. Похоже,
ни заказчик, ни место строительства и не ставили перед архитектором особых художественных задач.

В Ригу архитектор Эйзенштейн приехал в 1893 году. Через какое-то время он занял ответственный пост в Прибалтийском ведомстве, связанном с управлением государственным имуществом. Вскоре перспективный выпускник ИГИ получил новое назначение — на должность директора Департамента путей сообщения Лифляндской городской управы. В 1915 году Эйзенштейн получил чин действительного статского советника. В 1916 году был возведен в потомственное дворянское достоинство Российской Империи.

Блистательная карьера позволила досужим знатокам глумиться над профессиональной деятельностью архитектора. Уточняю — знатокам нашего времени, потому что, известно, современники Модерн не отторгали: чувствовали в Новом что-то свое…

И это, конечно же, - Эклектика, но... Первые симптомы Нового чуть-чуть заметны: архитектурное решение строится на использовании двух материалов (кирпича и штукатурки), портал изощренно прорисован...
И это, конечно же, — Эклектика, но… Первые симптомы Нового чуть-чуть заметны: архитектурное решение строится на использовании двух материалов (кирпича и штукатурки), портал изощренно прорисован…

И однако, предстоящее — впереди. Даже предположить, что вот-вот и нечто грандиозное произойдет в творческой жизни архитектора, невозможно…

Это здание - не Эклектика, скорее Стилизация, что также была в ходу  во второй половине XIX века. Архитектор при выборе решения фасадов позволяет себе общепринятую степень свободы
Это здание — не Эклектика, скорее Стилизация, что также была в ходу
во второй половине XIX века. Архитектор при выборе решения фасадов позволяет себе общепринятую степень свободы

Перед тем, как перейти к следующему зданию, запроектированному Эйзенштейном, замрите, наберите побольше воздуха в легкие и ахните, потому что… Год тот же — 1901, но от былой сдержанности, чистоты и простоты не останется и следа…

05

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Скажете, было бы к чему готовиться?! Типичная Эклектика, что опирается на знание исторических стилей, в данном случае, пожалуй, что Ренессанса. Большой вынос карниза. Большой ордер — на два этажа. Арочные флорентийские окна. Рустовка, усиливающаяся сверху вниз.

Высказались? Тогда к декору приглядитесь:
будто одно время с лица здания смывается —
другое проявляется…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Опять рождаются против появления чего-то нового возражения: необарочное чрезмерное украшательство держит здесь приоритет. Видела я подобную изощрения на юге Италии: один образ наезжал на другой, в голове возникала мешанина и только потом, успокоившись, я думала: как это было красиво, но… Для моего темперамента (совсем не южно-итальянского) нужно что-нибудь попроще.

Специалисты по югендстилю утверждают, что Эйзенштейну была свойственна особая фобия (болезнь): «боязнь вакуума». Подумаешь, я могу найти в творчестве модернистов симптомы куда более страшного заболевания — не буду.

Мне хочется все же, чтобы вы ахнули, потому что, судя по предыдущему, ничего подобного ожидать никак было нельзя…
Ах!!!

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901

Начинаю привыкать к суете на фасаде и кое-что различать. Например — извилисты балконы с повторяющим их изгибы волютами, стекающие кронштейны, поддерживающие вынос балконов, кружевной декор из металла — типично модернистский…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

О, эти лики — застывшие, мечтательные, с глазами, воздетыми ввысь или полузакрытыми… Вы помните, мы похожее лико видели на боковом фронтоне здания академика Шееля на улице Смилшу?

Только, пожалуйста, не подумайте, что тем самым я хочу сказать, что один у другого образ «увел». Ничего не нужно «уводить», когда в воздухе витают одни и те же идеи, сходство возникает автоматически. Лучше посмотрите, нет ли где-нибудь змей…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав
Нет, это лико по типу точно повторяет то, что на фасаде дома на улице Смилшу. Они — как близнецы-сестры с выражением одинаково нордическим…
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Не бывает таких лиц в русских селениях. И в петербургских салонах таких лиц не бывает. Здесь — на окраине Российской империи — что-то трагическое быстрее, чем где-нибудь, вызревает…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

О, эти девы, чуть-чуть прикрытые… Помните, похожих дев мы видели на фасаде здания академика Шееля на улице Смилшу? Не подумайте, что я хочу обличить кого-нибудь из них в присвоении образов, возникших у другого. Девы, даже на поверхностный взгляд, несколько различны…

Да, весь орнамент, даже скульптуры, выполнен в технике стукко. Сту́кко — специально изготовляемый материал для отделки стен, архитектурных деталей и скульптурного декора. Он прост и сравнительно дёшев, легко поддается обработке. Изготовляется из обожжённого и измельчённого гипса с квасцами и клеем, иногда с добавлением мраморной пудры и крошки, также мела, извести, алебастра и других материалов. Высыхая, стукко приобретает белый цвет и большую прочность, после полировки принимает вид мрамора. Можно сказать, стукко — искусственный мрамор, высший сорт штукатурки.

Был известен уже в Древнем Египте, широко применялся в искусстве Древнего Рима, позднее в искусстве Возрождения и Нового времени, в России — с XVIII века.

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Там девы держат венок, обещая победу над чем-то темным в человеке — сходством с обезьяной невеяным. Здесь, похоже, тайно сам сатана дев смущал… Они занятые только собой — погружены в собственные внутренние ощущения, что заставляют их тела изгибаться в каких-то несдерживаемых усилиях…

Змей нет? Змей нет. Только волюты сандриков прорастают крыльями какой-то нечисти.

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Почему раскричались грифоны, ведь они — стражи Всеобщего благополучия. Они боятся собственного оборачивания, что превратит их в огнедышащих драконов?

Почему так печальна дева с опущенными веками? И что за подвески ее украшают? Это — вериги? Змей нет — ни откуда не вползают? И меня мучают страшные предчувствия…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Еще немного и я закричу-у-у… Боюсь этих металлоидных орнаментов: в них столько чужеродной для жилых домов силы…

Боже мой, ведь это — жилой дом: где-то играют на фортепиано, кто-то готовит ужин… Я о Доме забыла, погрузившись в архитектурно-скульптурный спектакль, который архитектор на его стене разыгрывает…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Титаны должны твердо стоять на ногах, ведь они держат Небо. И размышлять им ни о чем не надо, не то скучной или чрезмерно тяжелой покажется возложенная на их плечи работа. Эти о чем-то упорно размышляют и складки бороздят их лбы… Их торсы изогнуты, будто свое положение они хотят изменить… Нельзя, уйдут со своего поста титаны — рухнет благоустроенный мир…

Ох, на смену эклектике и ретроспективизму грядет Модерн
со свойственной ему жаждой все переосмыслить.
Нужно действовать!!! У каждого — своя стезя…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав
На первых этажах здания все должно быть тихо, ведь это — нижние этажи: основание, фундамент Мироустройства. Титаны должны стоять выше… Здесь благородные, обычно улыбающиеся львы кричат на прохожих. Словно «удары бича» извиваются ленты.

Никому ни от чего не оправится.
Никому ни с чем не справится…

Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав
акое счастье, господа!
Открывайте ворота — пришел Модерн: стил наикрасивейший!
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901. Фото Марины Бреслав
Рига. Ул. Элизабетес, дом 33. Арх. М.О. Эйзенштейн. 1901.
Фото Марины Бреслав

Дева держит перед собой скрижаль…
Какие слова на ней История запишет?

Какой ужас! Модерн пришел: змеи в глубинах подсознания зародились. Они не будут таиться - выползут на Белый свет и все вокруг умертвят, а потом и сами уснут или подохнут. Какой ужас пришел Модерн, чтобы возвестить начало Новой эпохи!
Какой ужас! Модерн пришел: змеи в глубинах подсознания зародились.
Они не будут таиться — выползут на Белый свет
и все вокруг умертвят, а потом и сами уснут или подохнут.
Какой ужас пришел Модерн, чтобы возвестить начало Новой эпохи!

Оставить комментарий: