Постановка проблемы 2

Первая экскурсия познакомила детей с Городом — с его «внешно­стью» чарующей. Они увидели великолепие петербургских панорам и… Художественный образ Города начал проливаться им в душу своей блистательной красотой — завораживать. Ах, какой Город, как чей-то дивный сон, как сказка, как мечта, — выдохнули дети чувства, что, обретя форму слова, останутся жить в их душе навсегда.

Чтобы возникшее «чувство города» превратилось в ту силу, что заставит человека всю жизнь, по собственной воле, по «зову своей души» идти по пути «Преодоления Неведения», необходимо, чтобы…

Восхищение внешней красотой города наполнилось
внутренним содержанием. Глубинным, подлинным, в котором
бы зазвучала соотнесенность КРАСОТЫ с ИСТИНОЙ и ДОБРОМ.
Триада тем и велика, что всеобща.

Есть в Санкт-Петербурге «экскурсионный объект», будто создан­ный специально, чтобы вобрать в себя те смыслы, которые строители Города вкладывали в «Великое Предприятие». Это — Летний сад.

Изначально Летний сад был задуман как «музей под открытым небом», созданный не только с просветительской, но, прежде всего, с воспитательной целью. Сад, направляя образ мыслей ново-россиян в определенное русло, должен был, как утверждают манускрипты Петро­вой поры, воспитывать в горожанах-россиянах «желанные и похваль­ные чувствования», из коих главное **** «усердие к мужественным де­лам». Вряд ли под «мужественными делами» следует понимать воин­ственные устремления, свойственные мужчинам. Судя по истории Пет­рова времени, вернее более емкое толкование содержания этого выра­жения: дело мужчин — служение государству или, еще точнее, забота «о блаженстве и славе» России.

Нужно быть осторожнее со смыслами, которые вкладывали наши предки в знакомые слова. Например, рядом с Летним дворцом вдоль Фонтанки располагались «Людские покои», позднее снесенные. Вспо­миная о них, наши современники говорят, что это — жилье для прислу­ги, челяди, «людишек», подвластных царю. Рядом с царевым дворцом не может располагаться жилье для прислуги, его место — на задворках. «Людскость» — что «светскость», заключающаяся в умении вести себя на людях согласно требованиям «политеса» или правилам поведения в обществе. «Людские покои» — прообраз «светского салона» с беседами, танцами, музицированием, вернисажами… Позднее такие «покои» ста­нут весьма распространены в аристократическом Петербурге, а в наше время превратятся в «Дома культуры», «Центры досуга».

Как воспитывал ново-россиян «музей под открытым небом»? За­ставлял их степенно шествовать по аллеям, погружая в ощущение свой­ственной Саду Гармонии — согласия с собой и окружающим миром. Стены из стриженой зелени, усмиряющие буйство живой Природы. В стенах — ниши, в нишах — беломраморная скульптура богов и богинь Древней Эллады, императоров и героев Древнего Рима. На пересече­нии осей — фонтаны в золотом затейливом убранстве, воспроизводя­щем поучения из басен Эзопа. Созерцай красоту, постигай язык симво­лов — питай душу. При этом не упусти главного — как Солнце входит в Сад, пронизывает зеленую листву, ложится бликами на белый мра­мор, рассыпается в многоцветьи радужных брызг, разгорается огнен­ным пламенем в золотом убранстве и гаснет на исходе дня, устроив фантасмагорическое представление на Неве. Сад похож не то на Рай, не то на «остров блаженных теней», где боги поселили людей «золото­го века».

Нынешние посетители, прогуливаясь по Саду, говорят о своем — житейском. Иногда читают таблички, на которых написано, как назы­вается скульптура, и следуют дальше, не бросив на поименованное произведение хоть сколько-нибудь внимательного взгляда. Статуи «немы», люди «глухи и слепы», потому что разучились созерцать — смотреть, погрузившись в переживание видимого. Нынешние посети­тели Летнего сада душевно обеднели и будут беднеть дальше, если не вернут утраченного — способности улавливать высокие смыслы, запе­чатленные в Природе и в произведениях Искусства. Способность эта — главнейшая для жизни души.

Как вернуть способность к созерцанию, — хотите спросить: по­ставить детей напротив статуи и сказать — стой и смотри, пока не додумаешься, о чем эта скульптура рассказывает бредущим по аллее прохожим? Нет, конечно, столь прямолинейный способ убийственней для дела. Первое посещение должно очень-очень осторожно ввести детей в Сад, чтобы возник у них должный настрой на постижение внутренних смыслов, скрытых во внешне видимом. Тот настрой, что, возникнув, продлится, самое малое, в течении всех лет «взросления вместе с городом».