ТОСКАНА В СВЕТЕ «СЕРЕБРЯНОГО ВЕКА»: ПАВЕЛ МУРАТОВ

Тонино Гуэрра читает Андрею Тарковскому стихотворение о ДОМЕ,
написанное им перед расставанием. Фильм «Время путешествия».

Спасибо вам, дорогие Тонино Гуэрра и Андрей Тарковский, что оживили улегшиеся на дне памяти воспоминания, заставив переживать былые впечатления столь остро — до ароматов, до цветовых нюансов.

Но хочу отправиться в Тоскану сначала, только с самого начала, с другим проводником. Так случилось, что, не доверяя собственным воспоминаниям, я открыла на интересующем меня месте трехтомник Павла Павловича Муратова «Образы Италии», и рассказ о Сан Джиминьяно с окружающими его пейзажами начал переливаться в слова, которые многие из нас уже и не слышат.

Пейзажи Тосканы…

П. П. Муратов (1881–1950) — писатель и искусствовед — занимает в русской литературе очень необычное место. Его духовная родина не Россия, а Ита­лия эпохи Возрождения, в которой запечатлелись «все образы божества, природы и человека».

Значит, у него могут быть другие представления об Италии и России — лишённые ностальгии, как у Тарковского? Поживём — увидим…

Пейзажи Тосканы…

Клайв Джеймс в книге «Культурная амнезия» (Clive James. Cultural Amnesia. London — New York, 2007) пишет: «Образы Италии» Муратова — это произведение на все времена, но в современном сознании оно отсутствует, словно бы Муратова никогда не существовало. Но Муратов как раз существовал — исчезла Россия, в которой он родился и рос».

Подарим себе счастье оживить свою память с помощью впечатлений человека «Серебряного века» («Образы Италии» написаны в 1911–1912 годах)…

Пейзажи Тосканы…

Текст П. П. Муратова «Образы Италии» («Сан Джиминьяно»): «Глубокой осенью — был уже конец ноября — мы быстро катили в легкой двуколке по дороге, соединяющей Сан Джиминьяно с маленькой станцией Поджибонси. Небо нерешительно хмурилось, было очень свежо; казалось, мы спешили так, убегая от надвигающейся зимы. Нам изредка встречались пешеходы или телеги, нагруженные бочками с вином».

Пейзажи Тосканы…

«Зимний сон уже овладел полями. На виноградниках опали последние листья, оливковые рощи уже дали свой поздний сбор. Все опустело; деревенская жизнь ушла за изгороди ферм, в амбары с хлебом, в подвалы с вином и маслом, в просторные горницы с огромными пылающими очагами. Об этой жизни говорили только столбы дыма, поднимающиеся из труб, неясный скрип за прикрытыми воротами и запах молодого вина, струящийся сквозь окна низких каменных погребов. «Дни сельского святого торжества» наступили. В темноте подвалов, при свете самодельных восковых свечей, на земле, пропитанной красной влагой, начинался зимний праздник зимнего Диониса».

Пейзажи Тосканы…

«Мы были в сердце Тосканы, на пути, соединяющем Флоренцию и Сьену. В тот ноябрьский день нежность и суровая простота тосканских пейзажей выступали с особенной силой. Осень — время деревни, и настоящая деревня была кругом нас, — лоно глубокой и чистой жизни. Но у этой деревни тонкая художественная душа. Самая земля здесь имеет богатый, насыщенный коричневый цвет. Нет ничего благороднее серебристой зелени оливок и бронзовых оттенков увядания на узорчатых виноградных листьях. Даже в серых осенних облаках был жемчужный блеск, и дали казались прозрачными, как драгоценные синие камни».

Пейзажи Тосканы…

«Горизонт Тосканы всегда твердо и тонко ограничен уходящими одна за другую линиями невысоких гор. Таким должен быть горизонт в отечестве великих художников».

Пейзажи Тосканы…

«Нашей неопределенной грусти, невыплаканной жалобы наших лесов и оврагов здесь нет. Мир здесь таков, каким создал его Бог, даровавший людям плодовые деревья, вино и хлеб, даровавший не только заповедь труда и бремя забот, но и сильные, крепкие, как осенний воздух, радости, светлый и легкий гений искусства».

Пейзажи Тосканы…

О чём печалится русский в Италии? О России…
О чём грезит русский в России? Об Италии…

Даже Павел Павлович Муратов, которому Италия стала второй — духовной — родиной, подвержен той же болезни: ощущению нерасторжимого единства двух крайностей — русской печали и радости итальянской…

Пейзажи Тосканы…

Кажется мне, нет среди просвещенных русских людей тех, которые не ставят «наши леса и овраги с их неопределенной грустью и невыплаканной жалобой» рядом с итальянским пейзажем, «созданный Богом, даровавшим не только заповедь труда и бремя забот, но и сильные, крепкие, как осенний воздух, радости».

Почему такая несправедливость:
одним — одно, другим — совсем другое?
Во имя разнообразия, что и есть «живая жизнь»?..

Тоскана. Силуэт Сан-Джиминьяно.

«Верст за пять на горе показался силуэт Сан Джиминьяно, отчетливый и легкий. Нам пришлось делать большой объезд влево и затем медленно подниматься зигзагами в гору. «Тринадцатибашенный» город на время скрылся из виду. Пока мы поднимались, в небе совершалась перемена: свинцовые оттенки ушли на запад, тонкая пелена облаков вдруг засияла, пронизанная солнцем».

Тоскана. Силуэт Сан-Джиминьяно.

«Мы были высоко; на много верст кругом открылись поля и виноградники Тосканы, побуревшие дубовые леса, дымящие фермы, селения, краснеющие черепицей и отмеченные скромной деревенской колокольней. Нас окружала священная земля — родина чести и высоты человеческой в прекрасном».

Тоскана. Силуэт Сан-Джиминьяно.

Сведения из Википедии: Сан-Джиминьяно (итал. San Gimignano) — один из самых живописных и посещаемых туристами городов Тосканы, административного региона Италии, а также одноимённая коммуна. Население 7105 жителей (2005 год). Расположен в 39 км к юго-востоку от Флоренции, на вершине холма высотой 334 м. Достигнув наивысшего расцвета во времена Средневековья, с тех пор город мало изменился и замечательно сохранил свой средневековый облик, включая городские стены и четырнадцать каменных башен — «небоскрёбов Средневековья».

C 1990 года исторический центр Сан-Джиминьяно
входит в число объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Виды Сан-Джиминьяно.

Текст П. П. Муратова «Образы Италии»  («Сан Джиминьяно»): «С сильно бьющимся сердцем мы въехали в старинные ворота Сан Джиминьяно и, проехав немного по безлюдной, вымощенной со средневековым неискусством улице, остановились перед маленьким провинциальным альберго. Знакомая и милая обстановка полудеревенской гостиницы ожидала нас. В большой выбеленной комнате мы отдохнули, погрелись перед камином и позавтракали в обществе офицера, заброшенного сюда командировкой, и молодого художника-француза, приехавшего на этюды».

Виды Сан-Джиминьяно.

«Когда мы вышли на улицу, она была тиха и безлюдна. Только в одном окне показалась голова: кто-то полюбопытствовал посмотреть на приезжих. Медленная, почти остановившаяся жизнь идет за этими потемневшими и пережившими столетия стенами».
Виды Сан-Джиминьяно.

«От сильно выступающих флорентийских карнизов улица кажется еще уже, она погружена в вечную тень. Но башни в конце ее — знаменитые башни Сан Джиминьяно — были ярко освещены. Там, высоко, осеннее солнце пригревало в последний раз перед зимой травы, проросшие в их старых трещинах».

Виды Сан-Джиминьяно.

«Башни составляют гордость и славу Сан Джиминьяно. Они делают его историческим чудом, сбывшимся сном о гвельфах и гибеллинах, о Данте, о благочестивых сьенских «фресканти». В XIV веке их строила крошечная городская республика, строили местные знатные фамилии. Они до сих пор хранят старые имена, еще и теперь одну из них называют башней Сальвуччи и другую, по имени непримиримых врагов этой фамилии, башней Ардингелли».

Виды Сан-Джиминьяно.

«В таких же башнях были когда-то Флоренция и Сьена. Там время и новые потребности жизни их уничтожили. Их сохранил только этот маленький городок, обойденный благами и соблазнами культуры. Он охранял эти бесполезные и странные сооружения, точно лучшее свое достояние».

Виды Сан-Джиминьяно.

«В XVII веке городское управление предписало горожанам под строгою ответственностью поддерживать неприкосновенность башен, а тем, кто допустил их разрушение, приказало восстановить их в первоначальном виде. Per la grandezza della terra — сказано в этом документе редкой и возвышенной народной мудрости».

Виды Сан-Джиминьяно.

«Темный свод и высокая освещенная солнцем башня — в таких резких противоположностях рисуется нам время Данте. Темные страсти на дне жизни и полет в небо одиноких мистических светочей, поднявшихся из ее каменных лабиринтов. Но и не только это…»

Виды Сан-Джиминьяно.

«Еще — пестрая ткань жизни, смех, звон лютни, беспечная юность и любовь на время. Так говорит нам один стариннейший поэт, родившийся в этом самом городке, быть может, еще раньше, чем Данте — fu nato е cresciuto sovra ‘l bel fiume d’Arno alla gran villa.

Виды Сан-Джиминьяно.

«Фольгоре да Сан Джиминьяно посвятил один цикл своих сонетов флорентийскому кружку молодых людей и женщин, собиравшихся для наслаждений, и другой цикл он посвятил такому же кружку в Сьене. Самые названия этих циклов, «Месяцы» и «Дни», выражают его любовь к сменяющимся простым радостям мимотекущей жизни».
Виды Сан-Джиминьяно.

«Стоит ли искать чего-нибудь, когда так хорошо в январский день выйти на улицу тихого Сан- Джиминьяно и перебрасываться снежками с красивыми девушками!»

Виды Сан-Джиминьяно.

«Нам трудно представить себе те игры и те поцелуи на этих узких улицах маленького городка, среди бедных и суровых каменных стен, у подножья непонятно кому угрожающих башен».

Виды Сан-Джиминьяно.

«Улыбка той жизни, ее теплота давно отлетели. История записала все распри и бедствия того времени. Величайший из всех бывших на земле поэтов создал храм, в котором до сих пор обитает высший дух эпохи. Но исчезли навек однодневные мысли, чувства и дела людей, — весь тот драгоценный малый мир, которому суждено исчезать бесследно и который не в силах запечатлеть даже всесильное искусство».

Виды Сан-Джиминьяно.

«Расположенное между Флоренцией и Сьеной, Сан-Джиминьяно принуждено было участвовать в историческом поединке этих двух городов. Оно тяготело к Флоренции, Сьена была слишком близка и потому опасна. Несмотря на это, все церкви и общественные здания города в XIV веке были расписаны сиенскими мастерами, а не флорентийскими — еще одно доказательство преобладания Сьены над Флоренцией в искусстве треченто».

Сан-Джиминьяно. Главная площадь города — Пьяцца Гранде
и Палаццо Коммунале – городской Совет. Знатоки называют
здание Совета уменьшенной копией Палаццо Веккио во Флоренции.
Так ли это — сомневаюсь. Другое несомненно…

П. П. Муратов отмечает: «Живопись художников из Сьены можно видеть в небольшом местном музее, расположенном в зале палаццо Коммунале». И живопись эта очень интересна. И не только живопись…

Сан-Джиминьяно. Палаццо Коммунале – городской Совет. «Зал Данте».

Текст П. П. Муратова: «Образы Италии» («Сан-Джиминьяно»): «Лучшим украшением коммунального музея является большая фреска, изображающая Богоматерь, окруженную сонмом святых и ангелов. В этой фреске Липпо Мемми, ученик Симоне Мартини, повторил сюжет своего учителя — его образ, написанный на стене палаццо Публико в Сьене, известный под именем «Маэста». Рядом надпись: «В этой зале Данте, посланный флорентийской республикой, держал слово». То было 8 мая 1330 года — «на середине жизненного пути» поэта».

Сан-Джиминьяно. Палаццо Коммунале – городской Совет. «Зал Данте». Фреска Липпо Мемми «Maesta» (Величие, или Величание Богоматери) — Мадонна с Младенцем на троне, ангелами, апостолами и святыми.
Сан-Джиминьяно. Палаццо Коммунале – городской Совет. «Зал Данте». Фреска Липпо Мемми «Maesta» (Величие, или Величание Богоматери). Центральный фрагмент.
Сан-Джиминьяно. Пьяцца дель Дуомо. Церковь Santa Maria Assunta – романский собор XII века (освящен в 1148 году), построен по проекту архитектора Джулиано да Майано. Фасад очень скромный,
зато внутри целая россыпь шедевров.

П. П. Муратов пишет: «В XV веке Сан-Джиминьяно окончательно подпало под власть Флоренции, и тогда здесь стали работать флорентийские художники. Здесь писали Пьеро Поллайоло, Доменико Гирляндайо и Беноццо Гоццоли».

Сан-Джиминьяно. Церковь Santa Maria Assunta (Колледжата).
Капелла св. Фины. Два шедевра Доменико Гирландайо.
Первый — фреска «Св. Григорий извещает о смерти св. Фины».

Текст П. П. Муратова: «Образы Италии» («Сан-Джиминьяно»): «Чтобы вынести окончательное суждение о Гирляндайо, даже для того, кто хорошо изучил его фрески во Флоренции, необходимо побывать в Сан Джиминьяно. Может быть, тогда поколеблется обычный взгляд на него как на художника, не умевшего проникать за внешность вещей.

Здесь Гирляндайо пришлось расписывать капеллу св. Фины, девочки-подвижницы, во многом напоминавшей свою северную сестру св. Лидвину, о которой рассказывает Гюисманс.

Св. Фина лежит на полу; на серые стены комнаты легко ложатся тени людей и немногих изысканно простых предметов; лица старших женщин одухотворены сознанием чуда. Видение, предсказывающее смерть Фины, явилось в открытую дверь; оно возникло из голубого воздуха, вошедшего сюда с окружающих полей Тосканы».

Сан-Джиминьяно. Церковь Santa Maria Assunta (Колледжата).
Капелла св. Фины. Два шедевра Доменико Гирландайо.
Первый — фреска «Св. Григорий извещает о смерти св. Фины». Фрагмент.
«И Гирляндайо показал, что он был не только художником женских нарядов и женского быта. Он глубоко чувствовал самую женскую душу во всех ее движениях и проявлениях. Иначе он не мог бы задумать и написать божественно чистой группы — двух женщин у изголовья прозрачной умирающей девочки».
Сан-Джиминьяно. Церковь Santa Maria Assunta (Колледжата).
Капелла св. Фины. Два шедевра Доменико Гирландайо.
Второй — фреска «Похороны св. Фины» (1477–1478).

Фина (ум. 1253) — девочка из Сан-Джиминьяно, города в Тоскане, жившая в XIII веке и умершая в возрасте пятнадцати лет после нескольких лет болезни, во время которой она посвятила себя культу бедности. Говорили, что когда она лежала в постели (это были голые нары), в комнате, полной крыс, ей явился Св. Григорий Великий и предрек ей смерть. Когда она умерла, белые благоухающие цветы (согласно некоторым свидетельствам, это были фиалки) выросли у нее в постели. Ее атрибуты — КРЫСА, макет города Сан-Джиминьяно и букетик цветов в ее руке.

Сан-Джиминьяно. Церковь Santa Maria Assunta (Колледжата).
Капелла св. Фины. Два шедевра Доменико Гирландайо.
Второй — фреска «Похороны св. Финны» (1477–1478). Фрагмент.

Обратите внимание с какой достоверностью выполнен вид города за окном капеллы св. Фины (Серфимы), что после канонизации стала покровительницей Сан-Джиминьяно.

Сан-Джиминьяно. Церковь Сант-Агостино,
называемая «Философской пинакотекой»
из-за росписей Беноццо Гоццоли .

Типичный для Европы «клостер» — монастырь с жизнью, изолированной от мирской суетности, становится художественным музеем. Это вам о чём-нибудь говорит? Например, о том, что изменилось мировоззрение славных итальянцев в сравнении даже с XIX веком, не то что со Средневековьем?

Зря волнуюсь: в замершем во времени Сан-Джиминьяно
в клостере экспонируется церковная живопись,
правда, несколько светская. Убедитесь сами…

Сан-Джиминьяно. Церковь Сант-Агостино. Беноццо Гоццоли.
Цикл фресок «Жизнь святого Августина» (1464–1465).
Школа в Тагасте. Фрагмент.
Текст П. П. Муратова «Образы Италии»: «Детски веселая душа Беноццо нигде не выразилась с такой ясностью, как в сцене, изображающей школу. Родители привели маленького Августина к школьному учителю. Под видом отца художник написал одного из своих современников, зажиточного флорентийца с приятным открытым лицом. Его жена — еще молодая, стройная и задумчивая женщина. Школьный учитель — человек с твердым профилем гуманиста».
Сан-Джиминьяно. Церковь Сант-Агостино. Беноццо Гоццоли.
Цикл фресок «Жизнь святого Августина» (1464–1465).
Школа в Тагасте. Фрагмент.

«Тут же несколько школьников; один приближается к учителю со смиренным видом, другой выглядывает из-за его плеча, третий тащит на спине совсем крохотного голого мальчугана, оглядывающегося на учительскую розгу. Сзади, под аркадами здания в духе раннего Ренессанса, видна школа, рой белокурых и темноволосых детских голов. Дальше улица, церковь, синее небо с белыми облаками, тонущие в серебряном блеске прекрасного праздничного дня. Все говорит здесь о бесконечной любви Беноццо к этим флорентийским людям, школьникам, улицам и облакам, — о его любви к миру и к жизни».

Сан-Джиминьяно. Церковь Сант-Агостино. Беноццо Гоццоли.
Цикл фресок «Жизнь святого Августина» (1464–1465).
Св. Августин уезжает в Милан. Фрагмент.

«Для этого художника ничего не было обыденного в зрелище жизни. Его воображение всюду находило для себя, что праздновать. На пути в Милан его Августин проезжает сказочные страны, где растут пальмы и еще какие-то невиданные деревья. Фантастический город, в котором могла бы жить царица Савская, виднеется вдали, и прекрасный паж бежит в шаг с лошадью молодого путешественника».

Сан-Джиминьяно. Церковь Сант-Агостино. Беноццо Гоццоли.
Цикл фресок «Жизнь святого Августина» (1464–1465).
Св. Августин приезжает в Милан. Фрагмент.

«Сцена прибытия в Милан дала Беноццо повод для изображения двух фигур — молодого рыцаря и слуги, отстегивающего у него шпоры, проникнутых чистейшим и благоухающим романтизмом. В простом движении этой сценки передана вся целомудренная грация христианского рыцарства».

Сан-Джиминьяно. Церковь Сант-Агостино. Беноццо Гоццоли.
Цикл фресок «Жизнь святого Августина» (1464–1465).
Смерть св. Моники. Фрагмент.

«Душа Беноццо так неистощимо весела, что ему трудно не улыбнуться даже среди серьезной и печальной темы. В сцене смерти святой Моники он написал, совершенно неожиданно и вне всякой связи с торжественным и благочестивым сюжетом, двух голых младенцев, играющих с собакой. В таких вводных эпизодах любил проявлять свою «тихую резвость» трудолюбивый, кроткий, простодушный флорентийский художник, всю свою жизнь проведший на подмостах, перед свежими стенами скромной церкви, уединенного монастыря, зеленеющего кладбища».

Виды Сан-Джиминьяно.

Текст П. П. Муратова «Образы Италии» («Сан Джиминьяно»): «Когда мы вышли из Сант Агостино, солнце уже опустилось. Его побледневшие лучи глядели прямо в лицо старухам, которые уселись рядком на высоком церковном крыльце. При нашем появлении они на минуту примолкли и проводили нас взглядом. А мы спешили обойти городок до отъезда. Но он совсем маленький, его можно обойти в полчаса».

Виды Сан-Джиминьяно.

«Неожиданно мы вышли на обрыв. Заходящее солнце отбросило на залитые светом поля странную тень города. Тени башен протянулись далеко, похожие на пальцы гигантской раскрытой руки».

Виды Сан-Джиминьяно.

«Мы посидели немного еще над другим обрывом, на узенькой терраске, носящей имя Via degli Innocenti, у старого оливкового дерева, красневшего в последних лучах. Отсюда взор уносится над неизмеримыми пространствами к каким-то неизвестным горам и сумрачным вечерним долинам. Там, далеко — Поджибонси, Чертальдо, где родился Боккачио, там Сьена, в которой будет наш ночлег сегодня».
Сан-Джиминьяно в иллюзорно-фантастическом — режимном — времени: когда ещё светло, но уже включен свет электрический…

«Пока мы ждали лошадь, дети, похожие на школьников Беноццо, собрались вокруг нас. Мальчик с серьезным лицом просил чужеземных марок для коллекции. Девочки грызли маленькие оливки, они угощали ими нас, мы предложили им яблок».

Сан-Джиминьяно в иллюзорно-фантастическом — режимном — времени: когда ещё светло, но уже включен свет электрический…

«Перед тем как уехать, мы прошли еще раз мимо башен. Их верхушки теперь ярко горели красным светом заката, и они казались в самом деле зловещими».

Сан-Джиминьяно в иллюзорно-фантастическом — режимном — времени: когда ещё светло, но уже включен свет электрический…

«Но вот и тележка; мы прощаемся с детьми и едем. Мы катим вниз; темнеет быстро, и небо на западе становится ослепительно золотым».
На Тоскану спускается ночь…

«Вон художник-француз; завернувшись в пальто от холода, он упорно трудится, стараясь написать это золото, эту Gloria in excelsis. Если бы удалось ему сделать это так же мудро и чистосердечно, как удавалось старым художникам из Сьены!»

На Тоскану спускается ночь…

«Спускается ночь; слабо белеет дорога»…

На Тоскану спускается ночь…

«Уж небо все в звездах. Так крепко думается,
как-то всем существом думается,
когда долго едешь на лошадях
вот в такие звездные ночи».

На Тоскану спускается ночь…

«Вспоминаются другие ночи:
зимний путь на санях от Переяславля-Залесского к Троице
или еще ночь, апрельская, пасхальная,
где-то под Боровском и Малоярославцем.
Так много было тогда звезд,
будто кто их высыпал из мешка.
И сейчас их так же много, много…»

На Тоскану спустилась ночь,
а в ней свернулись в кольцо вечные вопросы…

<— И «НОСТАЛЬГИИ» НЕТ БЕЗ РИМА…

БАНЬО ВИНЬОНИ — ЖЕМЧУЖИНА В ТУМАНАХ ТОСКАНЫ… —>

Оставить комментарий: