«БЛЕСК И НИЩЕТА» 
»ПЕТЕРБУРГСКОГО КОМПОНЕНТА»

Предисловие автора программы —
«БЛЕСК И НИЩЕТА»
«ПЕТЕРБУРГСКОГО КОМПОНЕНТА»

Официально-обезличенный текст — не мой. К тому же, я уверена, особенно на педагогические темы рассуждая, нельзя прятаться за сум­му общих мест. Нельм, потому что никому не дано изречь Истины. Нам дано лишь поделиться личным опытом, в том числе — и размышлений. А потому, позвольте сохранить верность содержанию и стилю, привы­чным для меня — человека, во всем пытающегося разглядеть тайный смысл происходящего. В том числе и в сфере образования.

Я — архитектор. Мною защищена кандидатская диссертация о про­странственно-временном единстве, как сущности архитектурной деятель­ности. Мною не защищена докторская диссертация о Петербурге, как художественной картине Мира. Не хватило времени на то, чтобы поло­жить на полку обнаученно-обширный труд для никого — во имя собствен­ных регалий. И все же, главная причина в другом — самом Петербурге.

Город, резко и определенно, потребовал многому учиться зано­во. Писать тексты, понятные не только специалистам. Читать лекции, слова которых западали бы в душу слушающих. Говорить на языке, спо­собном передать художественные откровения города.
Зачем?..
В истории Петербурга всего поровну — и Света, и Тьмы. То и дру­гое должно быть известно его жителям — россиянам, потому что в исто­рии Петербурга обостренно действует взаимосвязь: «каков город — тако­вы и горожане». Раньше это знание позволяло мне учить студентов- архитекторов, как продлить жизнь светлому в реальном бытие Прекрас­ного града. Сегодня это знание заставляет обратиться к учителям пе­тербургских школ, в обязанность которым вменено готовить «петербурж­цев» вместо «настоящих советских людей», выпускаемых еще совсем недавно.

Кто-то «сверху» с бездумной легкостью направил в очередной раз усилия многих на достижение Великой цели. Прекрасной.., с точки зре­ния слепой любви.

Каких «петербуржцев» готовить? Петербург и петербуржцы — очень сложное, двойственное, явление. Город рождал различные типы горо­жан. Никуда не делись, живы-живехоньки по сю пору, те многие, что исповедовали принцип вседозволенности, лишь бы цель была хороша. Даже самим себе никогда не могли помочь те, кого мучила изначальная для Петербурга вина перед народом, которым «забутили топь» во имя Прекрасного града. Не повернут «головы кочан» одержимые чиновным духом, заставляющим тратить жизнь на продвижение по служебной лест­нице все выше и выше.

А может быть, лучше готовить тех «ленинградцев», что, уходя из своей мученической жизни-испытания, сумели донести до поколений не-петербуржцев, хлынувших в послевоенный Город, образ Человека высокой культуры: знающего, умеющего, воспитанного, устремленного к Добру, Красоте и Правде?..
И как готовить? По мановению волшебной палочки: отобрали имя — петербуржцы исчезли, вернули имя — появились?
Я начала разрабатывать собственную программу действий, потому что видится мне постоянно что-то очень настораживающее при взгля­де на школьное образование не изнутри, а со стороны Города — очеред­ной панацеи от наших нескончаемых бед… Чувство настороженности заставляет помнить и напоминать о том, что всем нам, и мне в том числе, хотелось бы забыть. Более того, чув­ство это заставляет меня сгущать и без того темные краски. Зачем? И так все мрачно?

Я вижу «врага», сидящего в глубине сознания каждого из нас. Его необходимо победить. Не вооружаясь и не проливая крови, а вытянув внутреннюю сущность этого явления из тени на свет, чтобы растаяло на свету, как призрак, как морок.

Что за «враг”? Празднующий свои главные «победы” в школе. И в Высшей, где я преподавала около двух десятков лет. И в Средней, со­стояние дел в которой мне известно тоже по личному опыту.

Нужны уточнения? Пожалуйста…
Стало привычным все нынешние беды сваливать на советскую школу, что внедряла в умы советских поколений бесчеловечные по су­ти своей, антигуманные ценности. Несомненно, внедряла: самый обиль­ный образовательный пласт занимали «жития» героев советского вре­мени — фанатиков, защищавших прекрасные идеи Всеобщего братства и Вселенского счастья с шашками наголо.

Сегодня «жития” изъяты из обращения.. Значит, завтра все изменится? Школа начнет внедрять в умы новых поколений лишь гуманные ценности и все общественные проблемы иссякнут?..

Нет. Вернуть утраченное или избавиться от нажитого в духовной k сфере человеческого бытия очень трудно: затронувшее душу легко не отпустит. К тому же, не в антигуманной ориентации школьного образо­вания — самое горькое зло…

Советская школа всегда производила на белый свет три типа вы­пускников. Первые принимали все на веру и действовали, как эта вера велит. Вторые в сомнениях искали свое. Третьи ни во что не верили, ничего не искали. Первым было легче в учении. Вторым — тяжелее: тре­бовалось защищать себя от фальши «житий». С третьих спросится по­том.

По мере того, как советские идеалы превращались в сумму во­просов, число защищающих себя от фальши официальной идеологии возрастало. Самое малое, два последних поколения читало и произно­сило слова, не задумываясь над их смыслами, не окрашивая чувством. Делать это было нетрудно: антигуманные ценности внедрялись в виде догм — закосневших в неподвижности понятий, которые легко выучить и столь же легко отбросить, как до смерти надоевший старый хлам.

Замечательно? Нет. Даже фанатично верящих в недостижимый здесь-сейчас Идеал одолевала Пустота-

Пустота слов без содержания и смысла.
Пустота чувств без искренности и чистоты.
Пустота знания, ничем не связанного с жизнью.

Пустота души, ничего не видящей вокруг, ничего не слышащей, если не заполнить ее своим — лежащим вне школьной программы. Мож­но высоким, отвлеченным от житейских реалий. Можно низменным — теми отбросами, что всегда валяются на задворках всех цивилизаций. Самые активные из последних потрясли Мир, выйдя «советскими дика­рями» из врат, открывшихся в «железном занавесе».

Что-либо страшнее «советских дикарей» вряд ли можно вообра­зить. У них нет чувства Родины. У них нет чувства Чести. Они могут поднять руку на ребенка и женщину. У них нет ничего святого. И что же? Увидев, как этот «человеческий материал» расположился лагерем мар­китантов в отечественных городах и весях, школа не застрелилась. Да­же покаянных речей не прозвучало. Будто лагерь этот — десант инопла­нетян. Молчание школы — самое яркое свидетельство: ничего не изме­нилось — все «советское» живо.

Говорят, школа всегда боролась с подобными явлениями. Да, как в замкнутом круге, — продуцировала Пустоту и тут же вступала с нею в смертный бой. И не только она. Параллельно со школами действовали отряды Дворцов пионеров и школьников, что сейчас зовутся как-то ина­че. Учреждения эти развивали и развивают в детях интерес ко всему, что позволяет им содержательно заполнить свободное от уроков вре­мя. Дворцовые здания, обилие талантливых людей, тепло и красота создаваемого их усилиями мира, навевали и навевают сны о «золотом детстве», о «привилегированном поколении», якобы существующем в на­шем обществе. И как-то не хочется вспоминать, но…

Есть дети, «неохваченные» ни дворцовым, ни домашним уютом.
Есть дети подворотен, подвалов, пустырей — тех «черных дыр», где они проводят свободное от уроков время. Это — их время и они поль­зуются им по собственному усмотрению: уходят от всего того, что дает им школа. Будто и нет ее вовсе.

В довершение всего появились дети, которые вообще не посеща­ют школу, потому что вместе со взрослыми они считают учебу пустой тратой времени.

Как возникла проблема Пустоты, превращающей в ничто самые добрые намерения самых лучших учителей? Из-за советской системы общественного устройства, которая много раз обещала, но так и не «по­вернулась лицом» к людям? Из-за «неблагополучных семей»? А может быть, что-то неблагополучное есть в самой школе и это что- то очень важно как можно быстрее преодолеть?..

В чем неблагополучие, никто, по-моему, не выяснял. Панацею, что должна спасти школы нашего города от всех бед, уже изобрели. То — «петербургский компонент» в школьном образовании.

Помните, конечно, после отказа от советских идеалов началась первая акция — спасение Петербурга. С помощью денежных средств, собираемых со всего мира, решили активисты постсоветской поры спа­сать блистательную Северную столицу России, пошедшую помиру. Прав­да, непонятно от кого спасать. Тех поколений россиян, которые довели ее до столь плачевного состояния? Значит, от нас самих?

Через несколько лет грянула вторая акция — превращение недав­них «ленинградцев» в «петербуржцев». Блистательная идея. Правда, не­понятно какими силами можно превратить то, чего достигли, в то, что давно уничтожили. Силами тех, от кого спасают Петербург? Как бы то ни было, учителя-предметники начали переучиваться, штудируя .все, что написано о Городе Пошли в школу оставшиеся без работы экскур­соводы и любители-знатоки. Все пошли, только…

Третья акция, я думаю, не заставит себя ждать. Игры с Историей и людьми всегда заканчивались неизбежным отрезвлением. Уже зву­чит то там то здесь величание неожиданно появившегося в школе но­вого предмета «СП-бешкой».

«Ужас!» — возмущаются учителя. Конечно, ужас, но, они правы, на­ши самоубийственно циничные дети, — «петербургский компонент» боль­шего и лучшего дать не может. Он обречен, по природе своей, стать пустым номером. Вдумайтесь…

«Компонент» — составная часть чего-либо. «Компоновать» — состав­лять целое из отдельного. Судя по тому, что. все прочие школьные пред­меты не изменяются ни по численности ни по содержанию, целое со­ставляется по наипростейшему принципу — суммативному. Прибавить час в неделю на историю города — а вдруг, начнут-таки рождаться «пе­тербуржцы» и «петербурженки»! Чего не бывало в России! Убавить — ес­ли возлагаемые на час в неделю надежды не оправдают себя! Вроде бы, кто-то пытался что-то усовершенствовать, да опять ничего не вы­шло!

Общая причина различимой впереди неудачи известна давно: «Ложкой дегтя можно испортить бочку меда» — «Ложкой меда бочку дегтя не осветлить никогда». Говорят, есть и другие причины. Частного харак­тера. Цитирую документ, направленный в 1995 году в учебные заведе­ния города: «позитивные изменения могут быть достигнуты при усло­вии, если сам учитель — творческая личность, стремящаяся к совершен­ствованию своей общей и профессиональной культуры, способная к выполнению творческих задач в своей деятельности, владеющая совре­менными педагогическими технологиями».

Понятно? Если ничего не получится, виновны будут учителя, не творчески решавшие задачу, которую назвать «творческой» можно лишь при очень сильном заблуждении. За час в неделю; не зная, как следует, города и уж совсем не разбираясь в его проблемах; не имея даже са­мых необходимых учебных пособий и оборудованных для подобных за­нятий классов, можно сделать только одно — загубить очередное начи­нание, заработав очередное разочарование в собственных силах и воз­можностях.

Поздравляю, Вас подставили, уважаемые господа!

Вернее, подставили Вас — милые дамы, бессменно тянущие на себе тяжелейший груз школьных проблем и нищеты. И все же…

Есть в идее обращения к Блистательному граду
за помощью что-то очень человечное…
Причем, пограничное; будто в последний раз.
Значит, отступиться от этой идеи нельзя.
Значит, необходимо понять, КАК достичь цели. ‘

Крушить то, что есть, нельзя; сколько их было — этих ломок анту­ража, не затрагивающих сути, лишь крепнущей в борьбе.
Чтобы найти ответ на возникший вопрос, предлагаю игру — логи­ческую… Первая процедура: потянув за «ниточку», торчащую из «клубка» школьных проблем, вытянуть на белый свет «внутреннего врага». Того самого, что заставляет нас всех кружить во тьме, не видя выхода из многочисленных тупиков, создаваемых собственной слепотой. Вторая процедура; вообразив, будто «враг» растаял на свету навсегда и ничто не обещает его возрождения, отладить идеальную систему школьного образования.

Зачем делать то, что в реальности вряд ли осуществимо?

Чтобы, выдвигая Великие цели, знать, сколь велики средства, не­обходимые для их достижения. А вдруг, окажутся средства по плечу и школьное образование, действительно, перелетит над пропастью, уг­рожающей поглотить то, что когда-то было русской культурой? Вдруг, вернется подлинная образованность, столь бездумно теряемая в пус­тоте лозунгов, обещающих блистательный результат за нищенскую це­ну, подобно «петербургскому компоненту»?

Потянем за «ниточку». Мы просто обязаны это сделать, пока нас всех не одолела Пустота…